Если бы Ельцин умер бы в 1994 году, стал бы Жириновский президентом России.
Вероятность того, что Владимир Жириновский стал бы президентом в 1994 году в случае смерти Бориса Ельцина, оценивается историками как крайне низкая, несмотря на огромную популярность ЛДПР в тот период.
Вот основные причины и наиболее вероятный сценарий:
1. Конституционный механизм
Согласно Конституции 1993 года, в случае смерти президента полномочия переходят к Председателю Правительства. В 1994 году это был Виктор Черномырдин. Он стал бы исполняющим обязанности (и.о.) президента на срок до трех месяцев, в течение которых должны были пройти досрочные выборы.
2. Почему не Жириновский?
Хотя ЛДПР триумфально выиграла выборы в Госдуму в декабре 1993 года (22,9%), это не означало автоматической победы Жириновского на президентских выборах:
"Санитарный кордон" элит: Против Жириновского объединились бы почти все политические силы - от "партии власти" до коммунистов и либералов. Элиты (олигархи, региональные лидеры и силовики) панически боялись его непредсказуемости и радикальных лозунгов.
Черномырдин как "кандидат стабильности": На фоне шока от смерти Ельцина и хаоса 90-х, большая часть электората, скорее всего, проголосовала бы за "крепкого хозяйственника" Виктора Черномырдина, олицетворявшего порядок и преемственность.
Фактор КПРФ: Геннадий Зюганов в 1994 году обладал огромным и очень дисциплинированным электоратом. В борьбе за протестный голос Жириновский мог проиграть коммунистам.
3. Вероятный победитель
В 1994 году основная борьба за кресло президента развернулась бы между тремя фигурами:
Виктор Черномырдин (фаворит системы и номенклатуры).
Геннадий Зюганов (лидер левой оппозиции).
Владимир Жириновский (третий игрок, "джокер").
Скорее всего, Черномырдин выиграл бы во втором туре, аккумулировав голоса тех, кто боялся "красного реванша" Зюганова или "военной авантюры" Жириновского.
Итог: Жириновский в 1994 году был главным "возмутителем спокойствия", но система имела достаточно предохранителей, чтобы не допустить его к высшей власти.
Хотите разобрать, как изменилась бы внешняя политика России, если бы Жириновский всё же получил доступ к "ядерному чемоданчику"?